Человеческий зародыш может пережить 9 месяцев беременности в матери, несущей вирус, таких как герпес или ВИЧ, но ребенок может все еще заключить болезнь во время рождения или позже путем питья зараженного молока. Противовирусные препараты или кесарева секция могут снизить риск передачи, но никогда полностью устранить его. Теперь, экспериментальная работа с ягнятами показала обещание для вакцинации в то время как все еще в матке.

Исследователи — во главе с Филипом Грибелем из университета Саскачевана в Саскатуне, Канада — сделали четырем эмбриональным ягнятам прививку ДНК от бычьего вируса герпеса 1. После создания разреза в животе овец матери в течение прошлого триместра беременности исследователи определили местонахождение рта зародыша — где инфекция, скорее всего, появится — и ввела вакцину прямо в.

Несколько дней до рождения, Грибеля и его коллег собрали кровь и образцы лимфатического узла от зародышей и проанализировали антитела, которые они нашли. Все четыре из зародышей ягненка ответили на вакцину против вируса герпеса, он сообщает в августовском выпуске Медицины Природы. (Предыдущие исследования эмбриональной иммунизации против гепатита B в павианах имели меньше успеха с пятью из восьми зародышей, производящих антитела.) Не только были антитела против бычьего вируса герпеса, найденного в крови четырех зародышей ягненка, но также и в лимфатических узлах, истощающих рот и нос. «С защитой прямо на месте вирусного входа, Вы получаете намного лучшую защиту от болезни», говорит Грибель.

Результаты должны «вызвать большой интерес», предсказывает Рон Кеннеди, микробиолог в университете Центра Медицинских наук Оклахомы в Оклахома-Сити. Но доказать, что вакцина является эффективной, Кеннеди отмечает, исследователи должны все еще выставить новорожденных ягнят вирусу и удостовериться, что иммунная система может обращаться с ним. Griebel уверен, что его вакцина является эффективной, и если он прав, «будет стимул для взятия его вперед с приматами, затем люди», говорит он.

Для Элинор Райли, иммунолога в лондонской Школе Гигиены и Тропической Медицины, должно быть, было похоже на Рождество в июле. Источник ее приветствия разгара лета: $40 миллионов от сиэтлского Фонда Билла и Мелинды Гейтс. «Я абсолютно рад. Это по крайней мере в 10 раз больше грант, чем я ожидал бы для своей всей карьеры», говорит Райли, в прошлый понедельник получивший финансирование для 5-летнего совместного проекта придумать новые способы бороться с малярией.

ИЮЛЬСКОЕ ВЕСЕЛЬЕ ФИНАНСИРОВАНИЯ

ФОНД ВОРОТ

$40 миллионов

Лондонская школа гигиены и тропической медицины

Развейте новое лечение и превентивные меры для малярии

$44,7 миллиона

Медицинская школа Гарварда

Развейте модель для управления множественным лекарственным стойким туберкулезом

$20 миллионов

Школа Джонса Хопкинса гигиены и здравоохранения

Улучшите здоровье матери и ребенка третьего мира дополнениями микронутриента

$90 миллионов

Различные учреждения

СПИД/ВИЧ

Грант на Райли и ее коллег был только одним куском высококалорийного пирога финансирования — стоимостью в почти $200 миллионов в целом — который Фонд Ворот, одна из самых больших финансирующих науку филантропий в мире с базой активов $21,8 миллиардов, придумал для ученых в различных областях. Другие бенефициарии являются специалистом по инфекционной болезни Джимом Ён Кимом из Медицинской школы Гарварда в Бостоне, получившим почти $45 миллионов для развития программы, чтобы управлять множественным лекарственным стойким туберкулезом (MDR-TB) и Альфред Соммер из Школы Джонса Хопкинса Гигиены и Здравоохранения в Балтиморе, учиться, как дешевый витамин и минеральная подкормка могут уменьшить материнский и детская смертность в развивающихся странах. Фонд начал потребительскую активность в середине июля на XIII Международных Конференциях по СПИДу в Дурбане, Южная Африка (Наука, 14 июля 2000, p. 222), путем объявления о AIDS/HIV-related предоставляет всего $90 миллионов.

С новыми деньгами Райли и ее коллеги намереваются расширить исследование новых наркотиков и инсектицидов и создать научно-исследовательские центры в эндемичных малярией областях Африки. «Мы надеемся, что деньги Гейтса действуют как своего рода катализатор, чтобы принести другим партнерам на борту», говорит Райли. Параллельно к подобному проекту в России, обеспечиваемой деньгами Всемирным банком, Ким и его бригада являются подготовкой для развития множественной лекарственной программы лечения для пациентов MDR-TB в Перу, которое может легко быть принято другими странами. «Это окажет огромное влияние. Мы собираемся быть способными лечить всех пациентов MDR-TB в Перу и, в процессе, адаптировать сложный протокол лечения к развивающейся стране», говорит Ким.

Недавние гранты на исследование малярии и TB являются третьими большими кусками денег, которые Фонд Гейтса бросил в борьбу с этими крупными убийцами в течение прошлого года. Они прибывают в связи с G8, встречающимся в Японии, в которой лидеры экономических тяжеловесов в мире решили делить на два число погибших малярии, TB и ВИЧ к 2010. Пока благородные слова не сопровождаются зарплатами, деньги Гейтса прокладывают путь. Но не слишком долго, надежды Кима. «Существуют слухи, что G8 объявит об инвестициях в размере $1 миллиарда этой осенью», говорит он.

Вирус, обнаруженный в грызунах 4 года назад, теперь убил по крайней мере одного человека и возможно других. Сегодня, Услуги Министерства здравоохранения Калифорнии сказали, что испытания лаборатории подтвердили, что вирус Ручья Уайтуотера убил 14-летнюю девочку в апреле. Это, как также сильно подозревают, убило двух других калифорнийцев за прошлые 14 месяцев. Несмотря на это, «люди не должны быть встревожены», говорит Кэрол Глэзер, врач инфекционной болезни в Вирусном государстве и Лаборатория Риккетсиоза. «Мы думаем, что это — редкий случай».

Новый вирус принадлежит аренавирусам, группа, включающая Ласскую лихорадку в Африку и несколько смертельных геморрагических лихорадок в Южной Америке. Как hantaviruses, распространение аренавирусов людям, когда они вдыхают пыль, содержащую мочу, экскременты или слюну от зараженных грызунов. В 1996 Чарльз Фалхорст из Медицинского отделения Университета штата Техас (UTMB) в Галвестоне и его коллеги обнаружил, что новый аренавирус был широко распространен у деревянных крыс в нескольких западных Американских штатах. Они назвали его вирусом Ручья Уайтуотера после территории Нью-Мексико, где это было обнаружено. То, что они не знали, было, мог ли бы вирус вызвать отвращение у людей.

Теперь их страхи были подтверждены. Недавно, Glaser посылал образцы крови Фалхорста от пациентов, умерших с невыявленными, подобными аренавирусу признаками, такими как энцефалит и кровотечение. Фалхорст говорит, что нашел антитела вирусу Ручья Уайтуотера, а также следы его генофонда, в пациенте из округа Риверсайд, к востоку от Лос-Анджелеса, кто умер в июне в прошлом году. Эти подсказки также поднялись в другом пациенте из округа Ориндж, умершем 2 месяца назад. В образцах от 14-летней девочки из округа Аламеда в Северной Калифорнии его бригада изолировала сам вирус — категорическое доказательство, что это был преступник, говорит Фалхорст.

Fulhorst работает над быстродействующим испытанием для обнаружения инфекций аренавируса. Такое испытание могло бы помочь будущим пациентам, Глэзер говорит, потому что их можно было лечить препаратом, названным ribavirin, борющимся с другими аренавирусами. Роберт Теш, коллега Фалхорста в UTMB, изучающего аренавирусы в Южной Америке, говорит, что раннее обнаружение может обладать еще одним преимуществом. В отличие от hantaviruses, аренавирусы могут заразить врачей и медсестер, входящих в контакт с кровью пациентов. Если новые случаи идентифицируются рано, врачи могли бы лечить пациентов с дополнительной осторожностью, говорит Теш.

Международная бригада ученых концентрирует внимание на месте третьего гена, который может быть вовлечен в начало наследственного рака молочной железы. Если ген будет найден, то работа проложит путь к улучшенной генетической рекомендации и диагностике рака и лечению членов семей с историей рака молочной железы.

Дефекты в так называемых «генах восприимчивости» способствуют развитию 5% к 10% всего рака молочной железы, значительно увеличивая риск женщины получения болезни. До настоящего времени исследователи идентифицировали два гена восприимчивости рака молочной железы, названные BRCA1 и BRCA2, но недостатки в этих генах, вероятно, объясняют не больше, чем одну треть всего наследственного рака молочной железы.

Для разыскивания других генов восприимчивости исследовательские группы из Финляндии, Швеции, Исландии и США объединили усилия. Они идентифицировали 37 семей, сокрушенных с высокими показателями рака молочной железы, но кто не несет известный BRCA1 или мутации BRCA2. При помощи названной сравнительной геномной гибридизации метода на ДНК от опухоли и нормальной ткани от 61 женщины, исследователи обнаружили пять вероятных регионов для генов рака молочной железы. Сузить их поиск, бригады, просеянные через эти регионы с помощью двух новых математических моделей. Наконец, они привлекли известные методы анализа генотипирования и связи для идентификации протяжений подобной ДНК, разделенной больными раком молочной железы в семье.

Объединенный, эти методы привели к региону на хромосоме 13 как вероятное место третьего гена восприимчивости, отчета бригад в Продолжениях 15 августа Национальной академии наук. Несмотря на то, что могут потребоваться месяцы к годам для точного определения гена в ошибке, эта работа является «важным промежуточным шагом в сужении поиска», говорит член команды Олли Каллайоними, генетик рака в Национальном Научно-исследовательском институте Генома человека в Молитвенном доме, Мэриленд.

Другие ученые приветствуют объявление сдержанно, как бы то ни было. Специалист в области популяционной генетики Марк Сколник, главный научный сотрудник для Myriad Genetics Inc. в Солт-Лейк-Сити, возглавивший бригаду, идентифицировавшую BRCA1, считает работу «потенциально очень значительной», но предостерегает, что статистические данные не окончательны.

Мэри-Клэр Кинг, генетик в университете Вашингтона, Сиэтла, кто вел поиск генов восприимчивости рака молочной железы, хвалит интегральный подход бригад. Но она и Skolnick оба примечания, что BRCA2 также проживает на хромосоме 13. Это возможно, они отмечают, что неоткрытые дефекты вокруг этого гена, возможно, путали анализ. Категорическое доказательство, что бригада фактически нашла новый ген восприимчивости рака молочной железы, они говорят, не прибудет, пока исследователи не тиражируют свою работу в другие семейные группы или находят сам ген.

Бактерия, вызывающая туберкулез, заражает одну треть популяции в мире и убивает до 3 миллионов человек в год. Тайна успеха патогена — то, что он может задержаться необнаруженный в легких на десятилетия. Теперь бригада исследователей раскрыла уязвимость, предлагающую новые способы бороться с этим эластичным жуком.

Когда туберкулез Микобактерии сначала заражает человека, он распространяется в течение нескольких недель, пока иммунная система не выстраивает свою обороноспособность. Два тогда достигают безвыходного положения: патогенная популяция не увеличивается, но иммунная система не может избавиться от бактерий, уже устроился в классе иммуноцитов, названных макрофагами.

Во время этой так называемой скрытой фазы — который может продлиться в течение многих десятилетий — бактерия застревает с ограниченной диетой: Это ест углерод от липидов через путь, названный шунтом glyoxylate, присутствующим у бактерий и растений, но не людей. Это делает путь привлекательной целью препарата, говорит Джон Маккинни из Рокфеллеровского университета в Нью-Йорке, потому что может быть меньше побочных эффектов.

Маккинни и его коллеги искали этот путь слабое место. Теперь они обнаружили, что уровни фермента, названного изосолью лимонной кислоты, устанавливают связь (ICL), который критически важен для этого пути, подняты при туберкулезе M. во время его скрытой фазы. Чтобы узнать, насколько критически важный фермент, они создали нокаут туберкулез M., испытывающий недостаток в ICL. Эти измененные бактерии были истреблены иммунными системами мышей, отчетами бригады в выпуске 17 августа Природы.

«Одна из вещей, которые мы не понимаем, — то, как туберкулез M. может сидеть без дела в ткани в течение многих лет или десятилетий», говорит Джо Колстон, эксперт по микробовому патогенезу в Национальном Институте Медицинского Исследования в Лондоне, не вовлеченный в исследование. «Очевидно, если Вы можете поразить протеин, позволяющий [бактерию] для выживания, который представляет потенциальную цель терапии».

Маккинни и коллеги уже ищут такие составы. Во второй публикации в августовском выпуске Природы Структурная Биология, они и crystallographer Джеймс Сэккеттини Техаса университет A&M в Колледж-Стейшене описывают структуру протеина ICL. Они также идентифицируют два состава, задыхающиеся активный конец ICL и закрывающие фермент, который может морить TB голодом, в то время как это скрывается в макрофагах.

Два новых генетических исследования паразита, вызывающего малярию, предполагают, что она может развивать новые способы вторгнуться в человеческие клетки крови. Развитие могло сделать определенные напряжения паразита более опасными для популяций, у которых есть некоторый врожденный иммунитет. Теперь примерно 95% людей в Африке к югу от Сахары — где бремя малярии является самым высоким — как думают, являются стойкими к рассматриваемому паразиту, плазмодий vivax. Если бы паразит должен был преодолеть их генетическую защиту против болезни, это потенциально угрожало бы сотням миллионов большего количества людей, чем это делает сегодня.

Малярия Vivax широко распространена в Азии и Южной Америке. Несмотря на то, что менее смертельный, чем его плазмодий кузена falciparum, который вызывает большинство смертельных случаев от малярии, P., vivax начинает признаваться важной причиной серьезной болезни в мировом масштабе. Для входа в человеческие клетки крови паразит обычно использует так называемый протеин группы крови Duffy, протеин на поверхности эритроцитов. Но потому что до 95% популяции через Африку к югу от Сахары испытывают недостаток в протеине — генетическая черта, названная “Duffy, отрицательный” — они, как долго думали, были защищены от инфекции. Все же отчеты появились в последние годы Duffy-отрицательных людей, тем не менее, зараженных vivax малярией. Питер Циммерман из Западного резервного университета Кейза в Кливленде, Огайо и его коллегах нашел, например, что почти 10% Duffy-отрицательных пациентов в Мадагаскаре, у которых была клиническая малярия, были заражены P. vivax.

Теперь, Циммерман и его коллеги нашли генетическую подсказку, которая могла бы помочь объяснить их клинические наблюдения. Они упорядочили геномы нескольких P. vivax напряжения от пациентов в Мадагаскаре и нашли, что у них было две копии гена, кодирующего для Duffy-связывающего-белка. Дублирование произошло при более высоких показателях в областях, в которых у относительно более Duffy-отрицательных пациентов есть vivax малярия, исследователи, о которых сообщают этим утром в американском Обществе Тропического годового собрания Медицины и Гигиены в Вашингтоне, округ Колумбия

Поскольку P. vivax не может быть выращен в лаборатории, трудно проверить, как дополнительная копия гена могла бы изменить поведение паразита. Но Циммерман думает, что дублирование может так или иначе помогать паразиту вторгнуться в Duffy-отрицательные клетки крови. Это — все еще просто ассоциация, он говорит, но “две вещи происходят в Мадагаскаре, которые необычны в остальной части мира”, Duffy-отрицательные инфекции и дупликация гена. Генетическая подпись дополнительной копии предполагает, что это может быть относительно недавняя мутация, говорит он.

Во втором исследовании, представленном на встрече этим утром, Давид Серр из Геномного Института Медицины Клиники Кливленда сообщил, что он и его коллеги сочли ранее неопознанный ген в P. vivax напряжением из Камбоджи, которая, кажется, кодирует для другого протеина, помогающего паразиту вторгнуться в клетки крови. Ген присутствует в напряжениях со всего мира — но отсутствует в первом напряжении P. vivax, чтобы быть упорядоченным — который обеспечил “справочное напряжение” для разновидностей. Это было напряжением, адаптировавшимся для инфицирования обезьян лаборатории, потому что паразит не может быть выращен в лаборатории. Серр говорит, что прирученный лабораторией паразит, возможно, потерял ген, который является, почему это не было найдено в справочной последовательности. Ген может также играть роль в Duffy-отрицательных инфекциях, говорит он.

Это “биологически вероятно”, говорит Кевин Байрд Eijkman-оксфордской Единицы Клинического исследования в Джакарте. Но еще не ясно, являются ли Duffy-отрицательные инфекции появляющимся явлением или присутствовали, необнаруженные, все время. “Это, конечно, волнует и заслуживает полного расследования”, говорит он.